|
|
|
|
|
...гость осведомился:
- Профессия?
- Поэт, - почему-то неохотно признался Иван.
Пришедший огорчился.
- Ох, как мне не везёт!..
М.Булгаков. "Мастер и Маргарита".
Вторая категория графоманов весьма обширна. О ней можно писать трактат, но я не буду -
мне жаль своего и вашего времени. Да и что может измениться, даже если я приведу сотни
примеров? Тем более, что сейчас этих примеров - тысячи.
Я в прекрасных отношениях с бывшим главным редактором одной из газет, которая существует и сейчас.
Он как-то рассказал мне одну, весьма ординарную, историю, случившуюся в эпоху "застоя".
Один очень настойчивый графоман каждый день (!) появлялся в редакции со своими шедеврами.
В конце концов, мой приятель не выдержал, и согласился напечатать маленькое стихотворение. После
правки. Когда газета вышла со стихом и фамилией автора, тот притащил в редакцию ящик армянского
коньяка. Мой приятель посмотрел на батарею дармовой выпивки и спросил "поэта": " А как Вы смотрите
на еженедельные публикации?"
Сейчас, с развитием интернета, вы можете обнаружить следы гениальности практически на любой странице.
Времена настали просто чудесные. Не требуется ни редактор, ни цензор. Написал галиматью - и весь
мир сможет прочесть творение.
Так вот, о самой многочисленной армии графоманов. Большинство - люди, имеющие среднее и высшее
техническое образование. Они читают. Слушают. Повторяют, в большинстве своем, стереотипные
высказывания о поэзии и прозе. "Пушкин - гений". "Лермонтов - гений". "Пастернак - гений". И отдают
дань моде. К примеру, моден Пелевин - значит, обожают Пелевина. Моден Акунин - ах, как это тонко.
Веллер, ну, как же. Веллер - это почти Довлатов. Ну, а имя Бродского можно употреблять только стоя.
Они искренне уверены, что
Сижу за решеткой в темнице сырой.
Вскормленный на воле орёл молодой...
читается на одном дыхании. Что нет точки после слова "сырой". И могу с точностью до ста процентов
гарантировать, что абсолютно не задумываются над строчками
...Когда не в шутку занемог,
Он уважать себя заставил...
Им абсолютно невдомек, что "заставить себя уважать" - это просто помереть.(Дореволюционное издание.
Переиздано в 1994 году. М.И.Михельсон. Русская мысль. Своё и чужое. Опыт русского фразеологического
сборника образных мыслей и слов.)
И они пишут. Но пишут не вспомогательную техническую литературу, которую знают хорошо. Нет. Они пишут стихи.
И зуд сочинительства у них не меньше, чем у первой категории. А то и намного сильнее. В силу приобретенных
"полузнаний".
Они страшно агрессивны и абмициозны. Так и рождаются литературные "шедевры":
"Он приветствовал ее, приподняв над головой лёгкое канапе..."
(неточная цитата. Сергей Довлатов цитирует писателя).
Хотя если человеку удобно носить на голове небольшой диван...
Прозаик - жалкий дилетант по сравнению с поэтом:
Он забежал к ней в бельэтаж,
Из ножен выхватил апаш,
И закричал ей: "Раз, два, три,
Умри, неверная, умри!"
Валерий Зуев. Из дебрей интернета.
Неясно, для чего, собственно, было кричать "раз, два, три"? Весьма возможно, что вначале герой
хотел предупредить неверную. Вроде "иду на Вы", мол, защищайся. А может быть, просто хотел сделать
физзарядку, но передумал. В любом случае несчастной ничего не грозило. Страшное оружие "апаш" -
не более, чем рубашка. Так и хочется вспомнить Ильфо-Петровское: "Волны перекатывались
через мол и падали вниз стремительным домкратом". Что-то где-то слыхал, что-то кто-то сказал...
И появился "апаш". Что стоило проверить в словаре?
Александр Городницкий рассказывал такую историю. Довелось ему куда-то добираться на электричке.
Очень тёплая компания в вагоне пела его песню "Жена французского посла". Каково же было его удивление,
когда он услышал вместо слов "в нём постель, распахнутая настежь. И жена французского посла" новый
текст: "в нём постель распахнутая, Настя..."
Пример следующий. Здесь нет неясных слов. Стихотворение называется "Слоны".
...Слоны идут, как злые животы,
Как ягодицы добрые идут...
...................
Это выдержка. А заканчивается это творенье так:
...Слоны идут, как грипп по февралю.
Как ледоход. Как кость под мышцей рваной.
Как зубы в сокращающемся рту.
Как белое полотнище экрана.
Антон Колобянин. Журнал поэзии "Арион", 1999 год.
Специально даю ссылку, чтобы вы не подумали на меня. Мне так не написать - фантазии не хватит.
Особую радость у меня вызывает реклама в стихах. Причем, неважно, что рекламируешь - золото или
туалетную бумагу. Лишь бы было подобие стихов.
Вот почти пушкинские строки из газеты "Курьер" за март сего года:
Желание работать -
Хорошая мотивация.
И лучше других вам
Поможет наша организация.
Честно скажу - я даже не знаю, к какой категории отнести этих графоманов: налицо слово "мотивация", и пусть
оно ни к селу, ни к городу - обращает на себя внимание некоторая грамотность. Но мне непонятно - по какой
причине нужно писать эту белиберду? Почему нельзя простыми словами дать информацию о своей организации?
Боже мой! "Мотивация" и "организация"! Гениальная находка! Дарю!
Что-то ненормальное произошло с людьми. Они пишут и читают друг другу.
Представляются - "лирический поэт". Берут себе псевдонимы. Издают книги огромными тиражами и одаривают
всех друзей, знакомых и малознакомых людей. И библиотеки. Жалуются, что у людей нет вкуса и тираж
плохо расходится. Да он вообще не расходится! То, что раздарили - то и разошлось. И, не наученные
горьким опытом, выпускают и вторую книжку. Они еще более навязчивы, чем графоманы первой категории.
Собираются в какие-то общества.
Но это - уже другая история...
|
|
|
|
| 
|
|
Слоны идут как злые животы