«Поговорим о странностях любви...» к воровству. В дошкольном возрасте она выражается в краже конфет или варенья из буфета, с неминуемыми наказаниями и требованиями признаться в очевидном факте поедания нами сладостей. В школьном периоде страсть к воровству может проявиться в умыкании чужой шоколадки, бутерброда, безделушек и тому подобных вещей. Это в ранний школьный период. О более зрелом говорить не стоит, поскольку сфера деятельности возмужавших воришек распостраняется на все виды имущества, а также духовые и пищевые ценности. Редко кто из детишек не может со временем перебороть в себе эту слабость и продолжает идти по наклонной плоскости.
     Хотя, если откровенно, то и я не безгрешен. Ну, не мог я не стащить у знакомого книгу песен Беранже. Просто не мог. Меня оправдывает то, что, во-первых, у него было два абсолютно одинаковых издания, а во-вторых, я его умолял продать мне любой не очень нужный ему том. Поверить в то, что я и являюсь похитителем книги он не мог, и я, почти как булгаковский герой, помогавший знакомому обнаружить уворованный револьвер, старался помочь приятелю вычислить преступника. Я даже сводил пострадавшего в ресторан, чем, считаю, снял с себя если не всю, то хотя бы часть вины.
     Я знавал одного парня, который называл себя вором и при этом хвастался. Я, говорил он, уже увёл штук дадцать жён у разных людей. «Какой же ты вор, – удивлялся я,- ты же их потом возвращаешь». «Да, - соглашался он, - но в слегка подпорченном виде. Так что я, – говорил он - самый настоящий вор.» Я его успокаивал тем, что эта фобия с течением времени сама пройдёт...
     Но, если говорить честно, то меня совсем не интересуют домушники, медвежатники, щипачи и т.д. Отмечу, что у этой братии есть кодекс чести, хотя и весьма своеобразный. Например, стащить инструмент у работяги считалось и считается самой низким занятием даже у воров. Есть ещё часть населения земного шара, которая подвержена клептомании. Но эти не ведают, что творят. Мне более любопытна та часть, которая ведает, что творит, попросту называемая литературными ворами, то есть те, кто занимается обычным плагиатом и у коих моральный кодекс начисто отсутствует.
Впрочем, и тут возможны варианты. Один из помещиков, например, так влюбился в сказку Ершова «Конёк-Горбунок», что переиздал её под своим именем. Бывали и другие оригинальные случаи плагиата. Например, один из достаточно известных поэтов принёс в редакцию стихи Анны Ахматовой, выдавая их за свои. Когда ему намекнули, что это, мягко говоря, не очень этично, то он оправдывался тем, что много лет тому назад записал в тетрадь понравившиеся ему стихи, а когда недавно обнаружил тетрадь, то подумал, что это он сам написал прекрасные строчки. Такие странные бывают плагиаторы.      Есть категория и несколько попроще. Например если им понравится такое четверостишие:

Травка зеленеет,
Солнышко блестит,
Ласточка с весною
В сени к нам летит,

то в новом варианте оно может звучать так:
Небо голубое,
Озеро блестит,
Воробей с весною
В гости к нам летит.

Собственно, и придраться не к чему. Там травка и солнышко, а тут небо и озеро. Не говоря уже о абсолютно разных птичках. А то, что воробей никуда и не улетал, то это мелочи. Причём, вор иногда даже искренне считает, что написал что-то оригинальное. Игорь Губерман достаточно точно отобразил сущность вора:
Я пришел к тебе с приветом,
я прочел твои тетради:
в прошлом веке неким Фетом
был ты жутко обокраден.

Удивительное дело, но, думаю, что любой плагиатор, узрев, как у женщины из сумочки крадут кошелёк, схватил бы вора за руку. И при этом он спокойно присваивает себе чужие строчки. Я не буду сейчас приводить примеры тех вещей, которые были украдены, слегка переделаны или перепечатаны без указания имён у Иртеньева, Губермана, Вишневского... Я приведу только малую толику украденного у меня:
«Пока погром не грянет – еврей не перекрестится» - написано мной лет 40 назад, публиковалось не раз в газетах, журналах (с указанием моего имени), опубликовано во всех моих изданных книгах, а также в томе «Афористика» Антологии Сатиры и Юмора ХХ века. Тем не менее:

Стихотворный вариант:
".....................
Но пока не грянет гром,
Еврей не перекрестится."
– Честно говоря я не вижу тут иронии...

"Пока не грянет гром – еврейский мужик не перекрестится." – Поистине, новая и свежая мысль.

Или идёт полностью повторение фразы, но далее по тексту: «Вы этого не найдёте ни в одной энциклопедии. Это Я придумал.» Возможно, ОН и придумал, я не спорю, но когда? И откуда такая уверенность, что нигде не найдём?
И ещё есть как минимум несколько претендентов на эту же фразу.
    Самое интересное, что Аркадий Арканов сказал мне просто и честно: «Я тоже придумал похожий вариант, но не так изящно, как ты». Если учесть, что эту фразу я отослал в «Литературную Газету» тогдашнему редактору Веселовскому в конце 60-х, то в энциклопедиях её вряд ли найдёшь.

Пойдём дальше...
«Я к вам в постель буквально на минутку...» - моё одностишие, тоже публиковавшееся неоднократно.

Были и глупые переделки, и дописывания до четверостишия, и прочтение разными людьми со сцены... В Молдавии даже умудрились так назвать молодежный вечер. Были и просто публикации под чужим именем и без оного.

А другое одностишие, которое, ко всему, является и названием одной из моих книг (!) «Я плохо помню чудное мгновенье» присвоило себе уже много народу.

     Было и дописывание до четверостишия уже абсолютно законченой мысли:
«А плоть моя настолько стала крайней,
Что я прошу за ней не занимать...»
Неужели кто-то думает, что я хотел сделать из этого четверостишие и не смог?!

Киевский юмористический клуб «Золотой Гусь» выдаёт моё четверостишие за «народный юмор в стихах».
Кто-то пишет: «как в той известной песне...» Какой песне? Мне лично она неизвестна.
Да и это не самое важное. Противно то, что большинство плагиатчиков патологически глухи к размеру и рифме. И в окончании четверостишия «И мы не те. И суки постарели...» ,дописывают «Теперь и мы не те....»

     Я пустил в народ около 20 анекдотов и несколько эпиграмм, абсолютно сознательно не подписываясь. Теперь анекдоты возвращаются ко мне или в первозданном, или в переделаном виде. И это - нормально. Но когда перепечатывают твои, уже опубликованные вещи, не указывая имени или подписываясь своим, то это - простое воровство.
Я выступал на небольшом вечере, где было около 100 человек. Представьте, насколько мне было приятно слышать из зала вопрос: «А это Вы написали? Я читал на интернете под другим именем.»
Очень известный ведущий очень известного ток-шоу (насколько нужно не любить русскую речь, чтобы на российских каналах переходить на английский язык!) читает мою эпиграмму и без зазрения совести не называет автора.
После моего концерта в «Гнезде Глухаря» ведущая «Маяка» очень удивилась: «Как, это - Ваши стихи? А моему мужу прислал его приятель из другого города, как свои собственные. Они висят у нас, распечатанные, на кухне за его подписью.»
     Всего перечислить невозможно. Я считаю, что человек, который занимается плагиатом, стоит на самой низшей ступеньке воров в иерархической лестнице, поскольку он крадёт у людей, которые, кроме творчества, ничем другим заниматься не умеют. Это и есть кража инструмента у рабочего человека. Это кража монет у слепого, который не может поймать вора за руку. Мне жаль тех, кто пытается прикоснуться к известности таким нечистоплотным способом - ведь если даже случайно они напишут что-то оргинальное, уже никто не поверит в их авторство.
     В старые недобрые времена воров изгоняли из обществ, рубили руки, ставили клеймо на лоб или топили в проруби...
Может, есть смысл перейти к водным процедурам?..